Сергей ГАВРИЛОВ

«Ты куда, Капитан?»

Десять лет назад ушел из жизни Сергей Курехин

«На рассвете его не стало». Эта фраза отражает полную абсурдность судьбы Сергея Курехина. Восход солнца - символ обновления и пробуждения - обратился для Сергея закатом его жизни, тупиком жизненного пути этого виртуозного пианиста, оригинальнейшего композитора, создателя легендарной «Популярной механики», актера, литератора и философа, одной из самых ярких личностей питерского андеграунда.

Смерть напомнила, что 42 - трагический возраст. Особенно для тех, кто создает в искусстве неповторимую модель жизни, а всю жизнь превращает в неординарнейшую модель искусства. Например, о возраст 42 споткнулся Владимир Высоцкий - актер и поэт, запечатлевший огромнейший срез жизни истерзанного неправдой советского общества, который надеялся:

«Жалею вас, приверженцы фатальных дат и цифр!
Томитесь, как наложницы в гареме:
Срок жизни увеличился - и, может быть, концы
Поэтов отодвинулись на время».

Но выяснилось, что те же 42 года были отпущены и Курехину на все его невероятно разнообразные проекты. Он играл авангардный джаз, записывался с рок-музыкантами, проводил незабываемые музыкально-театральные хэппенинги вместе со своей группой «Популярная механика», сочинял музыку для кино, сам снимал фильмы, писал стихи.

Диагноз врачей был похож на чью-то очень злую шутку - саркома сердца, редчайшее заболевание. «Это у Курехина-то?» - спрашивали близко знавшие Сергея люди, которые не уставали удивляться его энергии и кипучей деятельности, направленной на реализацию, казалось бы, принципиально неосуществимых проектов. Немало дисков Капитана - таково было прозвище Сергея - было выпущено на Западе. Один из них Курехин записал вместе с американским гитаристом Генри Кайзером. В буклете к альбому «Popular Science» есть такая рекомендация: «Мы предлагаем вам прослушивать каждый раз записи в совершенно ином порядке. Если ваш проигрыватель оснащен функцией случайного выбора композиций, используйте ее». Это подчеркивало импровизационный стиль не только творчества, но и самой жизни Сергея. Однажды он поделился идеей: «Хочу сделать подводный музей под Питером: среди водорослей в пруду поставить красивые скульптуры, а посетителей спускать туда в батискафе».

Тот, кому посчастливилось видеть представления курехинской «Популярной механики», на собственном опыте убеждался, что жизнь полна сюрпризов и весьма многообразна в своих проявлениях. Подчас на сцене под вывеской этой группы собирались три десятка джазменов, рок-музыкантов, исполнителей народной и классической музыки. Нередко среди всех этих богемных персонажей, каждый из которых был похож на ветерана хаотического броуновского движения, разгуливали представители животного мира, делая творческую неразбериху еще более веселой. «Я собираю всех, кто есть под рукой, а затем придумываю для каждого занятие», - так определял концепцию «Популярной механики» Курехин. А один из его планов выступления группы был таким: «Новую концертную программу почему-то хочу выдержать в кожано-блестящей эстетике. И на сцену выпустить много кроликов - славных и ушастых».

Сергей подчеркивал, что у него не было постоянного творческого кредо. Он просто старался, чтобы каждая его музыкальная программа была прежде всего зрелищной, чтобы музыканты испытывали наслаждение от того, что они делают. Курехин был уверен, что такая атмосфера всегда передается любой публике и что именно в таких случаях возникает постоянный контакт: «У меня нет заготовленных лозунгов, типа „Я играю только традиционный джаз", или „Я - рокер", или «Хэви-металл - моя жизнь». Для меня существует необъятный мир музыкальной культуры. Поэтому я слушаю с одинаковым наслаждением и Sex Pistols, и Эрика Долфи. Разная музыка просто необходима! И всё это нужно слушать, а не обвинять исполнителей, дескать, вот идиоты, что за ерунду они играют! Музыкальный плюрализм - очень сложная категория, к пониманию которой нам еще долго идти».

Как пианист Курехин стремился найти совершенно оригинальные пути воплощения своих бурных фантазий. Еще до распада СССР в беседе с работавшим в свое время в редакции русской службы Би-би-си Алексеем Леонидовым Сергей сказал: «В пьесах многих наших пианистов ощущается избыток живописных картин и сюжетных превращений: так и видятся пики, кони, а затем одинокая женщина, укачивающая своего ребенка, а где-то рядом крадется враг».

До сих пор многие с удовольствием вспоминают одну из мистификаций Курехина. На финско-советском фестивале молодежного искусства он уверял финнов, что потерял руки в автомобильной аварии, но чуткие ленинградские рабочие сделали для него искусные протезы, приводимые в движение дыханием. Курехин показывал изумленным финнам свои руки, потом садился за инструмент, шумно дышал и вдруг разражался виртуозной пьесой. Потрясенные «горячие финские парни» принимали рассказ Сергея за чистую монету и на полном серьезе писали об этом в газетах.

Кинорежиссер Владимир Непевный, работавший над документальным фильмом о музыканте, отметил: «Давая интервью, Курехин редко говорил просто и открыто, от своего лица, не прячась за свойственной ему убийственной иронией. За него всегда говорил некий персонаж, который предлагал журналистам и зрителям игру. Это всегда была некая провокация. Мне приходилось буквально выискивать в многочисленных интервью музыканта микроскопические фрагменты, в которых он предстал бы перед зрителями без своих привычных масок».

Но Курехин был и другим. Он раскрывал свои сокровенные мысли тем, кто заслужил его доверие. В некрологе журналистки Лидии Терентьевой, хорошо знавшей Сергея, были такие строки: «Писать о Курехине в прошедшем времени совершенно невозможно. Он был истинным кладом для журналистов. У Сергея можно было брать интервью раз в полгода, а то и чаще. За это время он обрастал новыми грандиозными идеями и проектами, на краткое изложение которых у него уходило не меньше двух-трех часов. И более обаятельного и неожиданного собеседника мне встречать не приходилось».

В альбоме Katharsis легендарного польского певца, клавишника и композитора Чеслава Немена есть композиция «Эпитафия», посвященная памяти барабанщика Пьотра Джемского, умершего от лейкемии. Песня завершается такими словами: «По святому праву святых поступков с гневом обращаюсь к тебе, цивилизация. Что ты, полная высокомерия опекунша, намерена сделать? Каким инструментом вырвешь острую боль из сердец, бьющих в похоронные колокола? Как долго скрипучая фраза „Такова жизнь" будет единственным оправданием преждевременной кончины ЧЕЛОВЕКА?» Вопрос пока остается без ответа.

Лицедей и мистификатор

Сергей Курехин родился 16 июня 1954 г. в Мурманске. В Ленинград переехал в 1971-м. Окончил дирижерско-хоровое отделение музыкального училища при Ленинградской государственной консерватории им. Римского-Корсакова. В 1972-1974 гг. учился на факультете культурно-просветительской работы Ленинградского института культуры по специальности «Руководитель эстрадного и духового коллектива». Начинал свою карьеру как пианист, поначалу играя джазовый мейнстрим, позже увлекся фри-джазом и академическим авангардом.

Входил в состав одной из самых значительных питерских рок-групп 1970-х «Большой железный колокол». В 1980-х принимал участие в записи таких «классических» альбомов «Аквариума», как «Треугольник», «Табу», «Радио Африка», «Дети декабря». Борис Гребенщиков так характеризовал Курехина: «Он был неумолимым борцом с любой пошлостью и штампами, фантастически обаятельным и светлым человеком. Без него „Аквариум" никогда не стал бы тем, чем...»

В 1985-м Курехин организовал свой проект «Популярная механика», в котором задействовал музыкантов «Аквариума», «Кино», «Странных игр», «АукцЫона» и других питерских групп, а также западных инструменталистов. В 1991 г. учредил звукозаписывающую компанию Kurizza Records (позднее Kurizza Bros.), ориентированную на музыку, которая прежде всего нравилась бы ее творцу, вне зависимости от потенциального коммерческого успеха диска.

Курехин написал музыку более чем к 20 фильмам («Господин оформитель», «Трагедия в стиле рок», «Оно», «Научная секция пилотов» и др.), а также снялся как актер в фильмах «Лох - победитель воды» Аркадия Тигая, «Два капитана - 2» и «Комплекс невменяемости» Сергея Дебижева, «Над темной водой» Дмитрия Месхиева.

Сергей Курехин скончался 9 июля 1996 г. в питерском военном госпитале. Осенью того же года его вдова Анастасия организовала Фонд памяти Курехина в поддержку музыкантов, которые нуждаются в медицинской помощи. Фонд также проводит ежегодные международные музыкальные фестивали S.K.I.F. (Sergey Kuryokhin International Festival). Одна из таких акций состоялась в Берлине (2003).

«Европа-Экспресс» 10 Июля 2006, номер 28 (436)

{mos_fb_discuss:3}